До четырёх лет, а именно в этом возрасте все маленькие че в первый раз пересекают порог школы, жизнь Чепчиля была совершенно беззаботной. Водные процедуры, завтракообедоужины, прогулки с няней, игры с друзьями, отдых на природе, аттракционы, а также масса других развлечений. Стоит отметить, однако, что в столь юном возрасте у ЧеПе уже появились некоторые обязанности. Самая ответственная и почетная из них – это, конечно же, подготовка к поступлению в школу. Такой серьезный вопрос взяла на себя мама. У неё были отличные педагогические способности и достойное образование. Поэтому грамотно подобранная методика обучения, а возможно и природная одаренность малыша давали прекрасные результаты. На четвертом году своей жизни Чепчиль мог запросто прочесть более четырех слов в секунду, считал до четырёхсот, в уме прибавлял и вычитал с лёгкостью заправского математика. При этом нельзя было назвать его усидчивым мальчиком. Своей неуёмной энергией он доставлял немало хлопот окружающим.

- Ну не ребенок, а вечный двигатель какой-то, - разводила руками няня, - всё крутится, вертится как юла.

- Ох, и доведет же тебя твоя непоседливость до цугундера, - вторила ей скрипучим голосом домработница-причиталка, которой непоседа регулярно прибавлял работы по уборке дома.

В тот жаркий летний день почти никого из обитателей дома на месте не было. Отец ранним утром уехал по делам. Мама отправилась к родителям Чепелло для обсуждения вопроса, в какую школу лучше отдать малышей, ведь начало учебного года «уже не за горами». Дедушка вторую неделю проходил традиционный курс лечения в санатории бывалых ветеранов. А попросту тусил со старыми закадычными дружками. В отсутствие хозяев, прислуга разбрелась кто куда. Няня отпросилась на часок сбегать к сестре, которую так давно не видела, попросив ворчливую домработницу Чизопу присмотреть за малышом в её отсутствие. На что та, дружелюбно улыбнувшись, проскрипела:

- Конечно милочка, будьте совершенно спокойны. Передавайте мои лучшие пожелания Вашей сестре, она такая душка.

И отправилась в свою комнату, вздремнуть часок-другой, как только за няней захлопнулась дверь.  В доме воцарилась гнетущая тишина, но, по всей видимости, ненадолго.

Шагающий из угла в угол своей комнаты, извините, генерального штаба, полководец Чепчиль, периодически почесывая затылок, раздумывал над планом взятия вражеской крепости. Второй этаж дома, включая комнату ЧеПе, прилегающий коридор, холл и ванную комнату представлял собой масштабное поле битвы. Это одно из величайших сражений, которое видел старый дом, если доверять, конечно, фантазии нашего знаменитого полководца. А не доверять ему нет абсолютно никаких оснований.

- Итак, согласно последним сводкам, адмирал Чельсон ведет свои корабли к вражеским берегам, которые охраняет флотилия Альмира аль Бахра. Чельсон старый и опытный военачальник, ему можно полностью доверять, к тому же вооружение его судов значительно превосходит силы противника. И совершено напрасно няня ворчала, что я с самого утра занял ванную комнату и шлепаю мокрыми ногами по коридору, на море победа в наших руках.

- Что же на суше … коридор между генштабом и главным полем битвы, то есть холлом, таит многочисленные засады противника, - хлопая подтяжками, слегка нервничал ЧеПе, - неоднократно разведка докладывала о диверсантах в принадлежащем нам коридоре. Необходимо сделать предварительную зачистку территории, прежде чем выступать в поход.

Достав из коробки солдатиков отряда особого назначения, Чепчиль на цыпочках прокрался в коридор, опустился на колени и, держа в руках несколько бывалых вояк, начал операцию под кодовым названием «Чесотка». Как кот-охотник бесшумно прочесал все укромные уголки темного прохода, походившего на ущелье в горах, пока не уничтожил 4 западни, предварительно расставленные им же, несколько минут тому назад.

Путь открыт. Оседлав деревянного бизона на колесиках, Чепчиль повел свои войска к победе. В каждой руке у него было несколько веревочек, за которые он тащил повозки, груженные солдатами, боеприпасами и провизией, позаимствованной на кухне. Благополучно проехав коридор-ущелье, ЧеПе выехал в холл.

Зловещий свист ветра, доносившийся из спальни прислуги, расположенной на первом этаже, пробирал до костей.

- Ну и мастерица же все-таки храпеть наша домработница, надо будет как-нибудь её проучить! – прищурился малыш, - но не сейчас, это сражение с драконьей еще впереди.

Выстроив войска перед битвой, величественно подняв голову и нахмурив брови, опытный полководец напутствовал своих солдат:

- Дорогие мои братья (пауза), сыны! Вот и настало время Че! Это решающая битва, которая должна окончательно освободить нашу землю от вероломных захватчиков и открыть эпоху мира и процветания в нашей стране. Многие из вас не вернутся живыми с поля брани. Но потомки вас не забудут, и будут слагать героические песни о своих легендарных отцах и дедах. Помните, враг озлоблен и как раненый зверь чувствует свой последний час, поэтому сражаться будет отчаянно. Но мы знаем, что с нами правда, честь и отвага, поэтому мы победим!

Дальше все происходило как в кинофильме, транслируемом в режиме перемотки. Соскочив с бизончика, Чепчиль пробежал на вражескую сторону, поправил ряды противника. Втянул голову в плечи, оглянулся по сторонам.

- Сдавайтесь, подлые койоты! – крикнул он, пытаясь посеять панику у неприятеля, - ага, упрямцы, не хотите?! Тогда понюхайте нашего пороха.

 Перепрыгнув через линию обороны противника, мгновенно вернулся к своим войскам. Запрыгнул на скакуна и взмахнул рукой. Вперед! В бой! Спрыгнул на пол, продвинул часть своей пехоты немного вперед. Шлёп! Шлёп! Шлёп! Поочередно нажал рукой на рычажки пушек. Первые ядра достигли цели, и часть вражеских укреплений пала. В поддержку пехоте, полководец бросил в бой авангард своих войск – кавалерию. Кабыдык, кабыдык, кабыдык. Завязался кровопролитный бой, завершившийся сдачей противником первой линии обороны перед крепостью. Разбросанные повсюду погибшие солдаты молчаливо лежали на поле битвы.

Зловещий свист Чизопы, доносившийся с первого этажа, с новой силой пронесся над театром военных действий. Оставшиеся в живых, отступили немного назад. Чепчиль подкатил артиллерию на расстояние пушечного выстрела и снова провел мощный артобстрел. На этот раз пострадали стены крепости, однако враг не заставил себя ждать и ответил тем же. 

- Где же авиация?! – негодовал ЧеПе, - э-эх, дружище Чепелло!

Семеня ножками, он отбежал к стоящему в стороне аэродрому, схватил подаренный другом биплан. Дернул за веревку механизма завода и, разогнавшись, запустил гордость местной авиации в бой. Лакированный самолетик с ярко-красной надписью на борту «Чеппелин-1» проделав круг по комнате, низко пролетел над головами врагов, создал панику в рядах неприятеля и медленно направился в сторону широко открытого окна. Недолго думая, Чепчиль метнулся в направлении улетающего биплана. По дороге зацепил ногой крепость, тем самым окончательно разгромив врага. Стремительно запрыгнул на подоконник и вслед за беглецом вылетел в окно. Пролетев немного, юный парашютист зацепился подтяжками за ветку, растущего под окном дерева. Повис на ней и с азартными криками «У-ух!», «Опля!», на растягивающихся подтяжках стал совершать колебательные движения вверх-вниз. Первоначальный испуг перешел в бурное ликование и попытки раскачаться еще сильней. Тем временем посапывающая во сне домработница, переворачиваясь на правый бок, слегка приоткрыла один глаз и увидела то появляющегося, то исчезающего в проеме окна малыша.

- Чур, меня, чур, ну и померещится же … негодник, - бормотала она, укрываясь с головой и причмокивая слипающимися губами.

Чепчиль, увлеченный необычным аттракционом, пытался раскачиваться в такт музыке, которую исполнял в соседнем сквере городской оркестр. Через несколько минут оркестр заканчивал свой бравурный марш, ЧеПе постепенно замедлялся, а домработница просыпалась. Как перископ подводной лодки из-под сползающего одеяла появился её левый глаз и обнаружил цель. Мгновение, и взлохмаченная торпеда в ночной рубахе с оглушительным свистовоем летела во двор.

Как обычно бывает в таких случаях, в это самое время все жильцы дома из разных концов города возвращались домой, и стали свидетелями трагикомичной сцены.

Действующие лица:

Парашютист - Чепчиль

Спасатель-раззява - домработница Чизопа

Соседская собака - пекинес по кличке Восьмая Марта

Висящий на высоте трёх метров Чепчиль немного растрёпан, но как всегда невозмутим, горд и прекрасен. Бегающая вокруг него домработница и соседская собачонка, пытающаяся укусить её за край ночной рубахи.

- Да что же это за напасть! И за что мне это всё? - охала няня, подпрыгивая и тщетно пытаясь дотянуться к малышу.

- Не вздумайте еще сбивать меня чем-нибудь, я вам не груша, – не по-детски басил и размахивал ручонками 3-х летний горе-полководец.

- Да чтоб тебя … ох горюшко! – ругалась Чизопа, махала руками и вытаптывала босыми ногами траву вокруг дерева в поисках предмета, на который можно было бы взобраться. Собака уже дважды результативно клацала зубами и также результативно получала пяткой по зубам. Однако не унималась в стремлении превратить край рубахи в красивейшую бахрому.

Возможно, никто из актеров и не обратил бы внимания на прибывших зрителей, если бы не громогласный голос отца:

- Что за цирк!? А ну-ка живо принесите садовую лестницу и уберите собаку.

Неизвестно, кому был адресован этот приказ, но лестница тут же, откуда ни возьмись, появилась, а собачонка неизвестно куда делась. На сцене осталась слегка контуженная Чизопа и растопыренный в разные стороны Чепчиль. Роли были сыграны мастерски, но почему-то никто не аплодировал. В воздухе пахло сиренью, в сад вернулись испуганные букашки-мотыльки.

К вечеру страсти улеглись. Как говорится все хорошо, что хорошо заканчивается. А наша история продолжается, и с тех пор Чепчиль уже никогда не расставался со своими знаменитыми подтяжками.